Сообщники Маркуса Ларс Янсен и Людвиг Хансен с нетерпением ожидали встречи с своим патроном в его приёмной. Появившийся Маркус жестом пригласил их войти в кабинет.

  • Надеюсь, вы смотрели утренние новости, - сказал он, - и у вас есть план действий, который вы готовы мне предложить?
  • Увы, - сказал Ларс, - произошедшее утром явилось для нас полной неожиданностью!
  • Этого предвидеть не мог никто, - согласился Людвиг, - его должны были казнить со дня на день!
  • Так я и думал, - махнул рукой Маркус, - что у вас нет ничего, кроме совершенно идиотских отговорок!
  • Почему ты так нервничаешь? Да, он на свободе. Но ведь это только ему же и хуже! Его не будут теперь брать живым.
  • А вам обоим не показалось странным, что ему вообще кто-то решил организовать побег? Рыцари уверены, что это его мнимые подельники. Может, это ваши дела? И вы решили за моей спиной что-то проделать?
  • Думай, что говоришь! - воскликнул Ларс, - мы преданы тебе! Да и сам подумай, откуда мы могли знать, что его вывезут из Крепости? Рыцари как-то не докладывают нам о своих планах!
  • И потом, - сказал Людвиг, - где мы найдём ребят для такого дела? Один разговор похищать девок и распылять патоген, и совсем другой отбивать заключённого у натасканных псов.
  • Складно, - констатировал Маркус, - но в таком случае, остаётся главный вопрос. Кто помог ему бежать?
  • Я думаю, это сами рыцари.
  • И на кой чёрт им ему помогать?
  • А ты сам подумай, какой у них козырь будет в таком случае? Если он, будучи на свободе, сможет доказать свою невиновность, то они снова примутся за дело. А учитывая, что ты его бабу увёл, он в первую очередь будет копать под тебя. Ты не допускаешь мысли, что он мог в тюрьме убедить магистра в своей невиновности?
  • Допускаю, но зачем же делать ему побег?
  • Его должны казнить. Вечно откладывать казнь Орден не может. А теперь его руки развязаны. Я совсем не удивлюсь, если Орден завтра же нагрянет к нам в холдинг с проверкой!
  • Это вполне вероятно. В таком случае, нужно думать, как выкрутиться! Ваши предложения?
  • Ликвидировать всех, кто знает слишком много.
  • Браво! Я бы сам никак не догадался! Но только быстро столько людей нам не убрать!
  • Зато в наших силах организовать быстрое уничтожение всех улик, связанных с созданием вируса. Я рекомендую сжечь всю лабораторию.
  • Ты спятил?
  • У нас останется лаборатория на заводе. Её будет достаточно, чтобы проводить анализ продукции и вести новые разработки. А вот лабораторию Военно-медицинского университета нужно будет сжечь дотла! А рыцари обвинят во всём Кристиана. Кому, кроме как ему, делать подобные вещи?
  • Да...это мысль!
  • Пожар в лаборатории уничтожит все улики начисто.
  • Это я уже понял. Но всё равно, нам всем нужно быть аккуратнее. Что бы ни явилось причиной, Кристиан на свободе. Он не дурак и наверняка понимает, в каком направлении искать истинного виновника.
  • Я уверен, он попытается как-то связаться с Марианной.
  • Она из моего замка не выйдет. А в самом замке я усилю охрану. И всем нам надо ещё и думать над тем, чтобы поймать его раньше рыцарей. Конечно, у них будет директива не брать его живым. Но пока он на свободе, есть вероятность, что он всё-таки будет возвращён в Крепость. А мне бы хотелось, чтобы он уже замолчал раз и навсегда...

 

Архиепископ Матфей поднялся наверх по лестнице и оказался внутри купола Собора Святого Антония. В одном из помещений купола, чьё единственное окно было обращено к центральной части Мерхарда, находился Кристиан.

  • Доброго дня, Крис, - сказал архиепископ, - как тебе тут?
  • В тесноте, да не в обиде, - улыбнулся Кристиан, - а ты уверен, что другие священнослужители сюда не заглянут?
  • Абсолютно уверен. Ты здесь в полной безопасности.
  • Спасибо тебе.
  • Не благодари. Помогать праведникам в их пути к свету это мой долг.
  • А я могу тебя кое о чём спросить?
  • Спрашивай.
  • Почему ты мне помогаешь?
  • А ты спрашивал об этом магистра?
  • Конечно.
  • И что же он тебе ответил?
  • Что он с самого начала не верил в мою виновность.
  • Вот как. Как это ни прискорбно, но я не могу сказать того же. Я вместе со всеми поверил в то, в чём тебя обвинили. Надо сказать, подставили тебя очень грамотно, со всей ответственностью подошли к этому делу.
  • Но если бы ты продолжал считать меня коварным убийцей, вряд ли бы стал мне помогать. Что изменилось?
  • Тебе это так важно?
  • Да. Я прошу правильно меня понять. Меня предал человек, которого я считал родным братом! До знакомства с Марианной он был самым моим близким человеком! Он был мне больше, чем друг, чем брат! Я не могу понять до сих пор, как он мог так поступить? В Сирии он в огонь лез, чтобы меня вытащить! Он не думал об опасности, о себе, когда вопрос касался моей жизни и смерти! И я спасал его от смерти, не задумываясь.
  • Я понимаю тебя. Тяжело пережить предательство. Ещё тяжелее потом с этим жить. Но это не значит, что ты должен терять веру в людей. Не все люди мерзавцы. Это не я сказал.
  • Я знаю. Это слова Януша Корчака.
  • Но я так понимаю, тебе нужно знать, по какой причине я тебя помогаю? Для того, чтобы получить некоторую...уверенность?
  • Если говорить откровенно, то да. Я сейчас вне закона, и меня любой варяг может убить просто потому что я, это я. А тебе и магистру я верю.
  • Не бойся говорить откровенно. Где же ещё быть откровенным, как не в церкви? Меня никто не пытался убедить в твоей невиновности. Но Господу было угодно, чтобы я всё узнал. Несколько свидетелей по твоему делу доверились мне на исповеди. Я не знаю, знаком ли ты с уголовно-процессуальным правом, но священнослужители по закону имеют право не свидетельствовать против доверившихся им на исповеди.
  • Да, я это положение знаю.
  • Я не стал называть магистру конкретные имена, но передал суть. Эти свидетели сказали мне, что их вынудили тебя оговорить. Кого-то сильно запугали, а кого-то просто подкупили.
  • Вот оно что...
  • Обвинить тебя без свидетельских показателей было невозможно. Теоретически, ты бы смог доказать, что тебе подбросили контейнеры. Но как ты знаешь, свидетельские показания решают практически всё в случаях, аналогичных твоему.
  • Теперь знаю. На собственной шкуре это испытал. А ты в мирской жизни был юристом?
  • Не совсем. Я поступил на юридический, но ушёл после первого курса и избрал служение Богу своей главной задачей в жизни.
  • Понимаю.
  • Поэтому, когда магистр мне сказал, что поможет тебе, я тоже предложил свою помощь.
  • Но ведь ты священник. Я для тебя такой же мирянин, как и Маркус. Разве ты не должен сохранять нейтралитет?
  • Самым большим заблуждением в мире является то, что церковь сохраняет нейтралитет во время кризисов. Да, мы служим Господу. Да, мы наставляем мирян, помогаем им найти себя, прийти к Богу, к свету. Но это не значит, что мы не видим того, что происходит вокруг. Пусть по-своему, но каждый священнослужитель является солдатом, который каждый день сражается против зла. И мы стараемся использовать все наши силы для того, чтобы беззакония не приумножались. Конкретно я не могу оставаться в стороне, зная, что совершенно нормальный и хороший с виду человек сотворил такие гнусные преступления, и намерен сотворить ещё немало бед!
  • В этом ты прав. Его будет не остановить.
  • Поэтому я и укрываю тебя здесь. Справедливость должна восторжествовать, и наказание должен понести преступник, а не праведник.
  • К сожалению, несправедливость уже наступила. Нет, я не говорю о себе. Я даже не могу себе представить, как сейчас мучается моя Марианна. Я очень сильно по ней тоскую. Если мы выберемся из этой передряги...ты ведь поженишь нас?
  • Разумеется.
  • Не подумай, что я спешу. Просто я хочу думать только о хорошем. И всеми силами пытаюсь не думать о том, как страдает моя любимая...

 

Вечером 9 апреля Кристиан покинул территорию Собора Святого Антония.

  • Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, - сказал архиепископ, - вне этих стен я не смогу тебе помочь. И магистр тоже не особо.
  • Я справлюсь, - ответил Кристиан, - благослови меня, пожалуйста.
  • Благословляю тебя, Кристиан. Храни тебя Господь и все святые небесные силы.

Кристиан был одет, как священнослужитель Варяжской Церкви. Он держал в руках Библию, прятал глаза за очками, надвинул на лоб шляпу.

«Вот будет смех, - подумал Кристиан, - если меня всё-таки попросят предъявить документы. Но отсиживаться я тоже не могу. Да, магистр велел отсиживаться. Но чем дольше я буду сидеть на месте, тем больше времени будет у Маркуса, чтобы избавиться от улик. Пока король не увидит доказательства его вины, у меня нет никаких шансов на то, чтобы остаться в живых».

Добраться до Военно-медицинского института Кристиан решил пешком, стараясь по возможности избегать контактов с случайными прохожими.

«А чем я рискую? - подумал Кристиан, - только тем, что встречу людей Маркуса. Полиция и рыцари вернут меня в Крепость, что, в общем-то, не так и страшно. Крис, ты вообще понимаешь, что ты делаешь? Понимаю. Магистр и архиепископ мне помогли, теперь моя очередь действовать».

Кристиан дошёл до лаборатории Военно-медицинского института без происшествий. Он решил войти внутрь через служебный вход. Он знал, что его никто не охраняет, а дверь на входе снабжена кодовым замком.

«У меня один шанс, - подумал Кристиан, - если они не сменили код».

Кристиан набрал код и успешно прошёл в лабораторию.

«Второе препятствие, - подумал он, - это пост охраны».

  • Святой отец? - спросил Кристиана охранник, - как ты здесь оказался?
  • А я здесь по приглашению.
  • Я прошу прощения, но тебе лучше выйти и пройти через главный вход. Ты прошёл через служебный...постой, а как ты вообще это сделал?
  • Молодой человек, я когда-то работал в этой лаборатории. Код, как оказалось, не сменили до сих пор. Это промашка с вашей, охраны, стороны. Во-вторых, меня пригласили. Но инкогнито, так сказать. Одному из ваших сотрудников очень нужно исповедаться. Он не пожелал идти в церковь и не хочет привлекать к этому делу лишнего внимания.
  • Я понимаю, но у меня приказ...
  • Я обязательно доложу твоему начальству о том, как ты исполняешь свои обязанности. Тебя вознаградят.
  • Даже не знаю, как поступить. Ну ладно, проходи, святой отец. Найдёшь сам дорогу?
  • Конечно, я был здесь и раньше.
  • Хорошо.

Кристиан миновал пост охраны и оказался в коридоре.

«Осталось самое сложное, - подумал он, - найти патоген. Но этого мало. Нужно найти доказательства того, что вирус был выведен именно здесь, в этой лаборатории. Я не думаю, что если эти доказательства ещё не уничтожены, то они будут на виду. Хотя, испокон веков известно, что если хочешь что-то спрятать, то клади это на самое видное место».

Найти патоген «камбоджийского вируса» среди множества контейнеров оказалось непростым делом. Воспользовавшись отсутствием персонала в одном из помещений, Кристиан сел за компьютер.

«Пароль, - подумал он, - его я знать не могу, подбор тоже исключён. Но есть один шанс. Однажды я точно открывал сейф при Маркусе. Вот он тогда, видимо, и запомнил нужную комбинацию. Зато он однажды сказал мне по пьянке, какой у него пароль на компьютере. Это номер его автомата, с которым он воевал в Сирии. А почему ты уверен, что этот компьютер будет защищён тем же паролем, что и личный компьютер Маркуса? А потому, что в нём содержится его тайна. И случайный пароль он не поставит. Но если я ошибаюсь, то придётся как-то изымать диск. Пусть ключ к нему подбирают специалисты».

К удивлению Кристиана, экран компьютера загорелся без пароля. Однако на рабочем столе он увидел несколько папок, доступ к которым открывался только с помощью пароля.

«Момент истины, - подумал Кристиан, - вводим номер автомата».

Папки открылись, и тотчас были скопированы Кристианом на дисковой накопитель информации.

«Вот теперь ты точно попался, - подумал Кристиан, - конечно, только полный болван хранит такие улики в таком месте. Но с другой стороны, Маркус ведь не профессор Мориарти. В его плане изначально было полно изъянов. Теперь главное довести эту информацию до короля. Если он и здесь откажется верить в очевидное...то у нашего королевства просто нет никакого будущего».

Запрятав накопитель во внутренний карман, Кристиан направился к выходу. Мимо него проходили сотрудники лаборатории, многие из которых знали его, но не узнавали в гриме. Ему оставалось пройти совсем немного, как свет в лаборатории погас. Кристиан почувствовал запах газа и сгоревшей изоляции.

«Похоже, двойное ЧП, - подумал он, - авария с газом и проводкой. А может...поджог!».

В здании зазвучала тревожная сирена, сотрудники начали экстренно покидать лабораторию.

«Мне невероятно просто повезло, - подумал Кристиан, - что я успел найти улики! Теперь надо как-то попытаться выбраться отсюда живым!».