Утром 17 марта Дворец Собраний, в котором проходили заседания Генеральных Штатов Варяжского королевства, был закрыт для туристических посещений. Во Дворец с раннего утра съезжались люди, наделённые правом присутствия на Генеральных Штатах. Как высшее сословно-представительское учреждение, Генеральные Штаты Варяжского королевства были учреждены в 1254 году. С момента своего основания, Генеральные Штаты являлись совещательным органом при короле. Резолюции, принимаемые Генеральными Штатами, без подкрепления королевским указом, не являлись обязательными для исполнения и носили исключительно рекомендательный характер.

Правом присутствия на заседаниях Генеральных Штатов имели все дворяне королевства, достигшие восемнадцатилетнего возраста. Но пользовались им, тем не менее, далеко не все дворяне. В свою очередь варяги, в чьих жилах не текла дворянская кровь, приобретали право присутствия согласно королевского указа. Любой варяг с безупречной личной и деловой репутацией имел право обратиться к королю с прошением о предоставлении ему права присутствия на заседаниях Генеральных Штатов. В нынешнем созыве Генеральных Штатов подобным правом были наделены известные варяжские учёные, деятели культуры, представители бизнеса, работники промышленных предприятий и фермеры.

Маркус никогда прежде в своей жизни не пользовался своим правом присутствия на заседаниях Генеральных Штатов. Поэтому, его появление в зале заседаний Дворца Собраний удивило многих. Первым к Маркусу подошёл дворянин и предприниматель Андерс Микельсен. Богатейший, после короля, житель Варяжского королевства.

  • Надо же! - воскликнул Микельсен, - какие люди! Какими судьбами тут, Маркус?
  • Да вот, хочу послушать, какую лапшу вешают на уши нашему королю, - засмеялся Маркус.
  • Что за шутки?
  • Перестань, Андерс. Ты здесь завсегдатай. Ты лучше меня знаешь, какую тут чушь несут выступающие. Постоянно твердят о том, как всё хорошо. И хорошо благодаря исключительно мудрости нашего короля.
  • А не боишься ли ты быть столь откровенным?
  • Как писал русский классик, говорить правду легко и приятно. Где была мудрость короля, когда этот подонок Кристиан использовал биологическое оружие? Где была его мудрость, когда он этого подонка привечал, как родного? Никто этого не скажет вслух, потому что король. Но эта юридическая безответственность короля и его родственников уже не первый раз приводит к подобным последствиям.
  • Что-то ты слишком смелый, для новичка.
  • А ты всё равно никому не передашь мои слова.
  • Почему ты так во мне уверен?
  • Потому, что ты предприниматель, которых хочет зарабатывать. Сейчас тебе в виде исключения разрешают на своём заводе перерабатывать нефть, как бы допуская к государственной монополии. Ты имеешь преференции по налогам и кредитам. Но я уверен, что тебе нужно совсем не это.
  • Я не очень люблю, когда мне пытаются влезть в душу...
  • Тем не менее, я уверен, что ты ждёшь перемен. Король раздаёт преференции и социальные гарантии вместо того, чтобы дать всем возможность для заработка. Вот например монополия государства на производство и реализацию алкоголя и табака. Ты не видишь её пагубных последствий?
  • Каких же?
  • Варяги любят выпить. Но государственная монополия и пошлины делают алкоголь очень и очень дорогим. В результате, варяги или сами гонят самогон, либо покупают его у дельцов, которые гонят эту бурду у себя в гаражах.
  • Если уж они идиоты, то пусть и травятся. Тебе-то какая забота о них думать?
  • Как по мне, несправедливо, что их вынуждают покупать эту бурду и травиться. Представь, что было бы, если бы государственная монополия была бы отменена? Тебе бы дали возможность продавать алкоголь, мне бы дали. Он стал бы дешевле, доступнее, потому что мы бы не устанавливали таких огромных наценок, как государство. Представляешь себе размер нашей потенциальной прибыли?
  • Вполне.
  • А теперь давай посчитаем, сколько денег можно сэкономить, если заставить варягов платить за своё образование и здоровье. Никто не считает, сколько денег корона тратит на больницы, университеты и школы. А вот если бы каждый платил за себя — то тогда многое бы встало на свои места! Варягам за так достаётся здоровье и образование. А что будет, если резервы короны вдруг закончатся?
  • Интересно, очень даже интересно. И к чему ты мне это рассказываешь?
  • К тому, что я сегодня выступлю с заявлением. Посмотрим, готов ли король выслушать настоящую правду, а не поданную специально для него под его любимым маринадом...

 

Днём 21 марта Кристиана вывели из камеры смертников. Успевший привыкнуть к тюремному расписанию Кристиан был удивлён появлению конвоя: его не должны были сопровождать ни в душевую, ни на прогулку. Ещё больше его удивил тот факт, что конвоир не сковал его руки наручниками. Кристиана вывели во внутренний дворик, откуда он попал в административный корпус. Его завели в просторный кабинет, в центре которого за столом сидел седоволосый мужчина, в котором всякий житель Варяжского королевства без труда бы узнал Великого магистра Вальтера Расмуссена.

  • Свободен, - сказал магистр конвоиру, - Крис, присаживайся сюда, за стол.
  • Что ты здесь делаешь? - Кристиан сделал шаг вперёд, - где я?
  • В кабинете начальника Крепости. Не волнуйся, у здешних стен нет ушей. Наш разговор останется в тайне.
  • Зачем ты пришёл? - Кристиан сел за стол напротив магистра, - хочешь посмотреть на то, каким я стал?
  • Почему ты так считаешь? Неужели, ты считаешь меня врагом?
  • Нет, не считаю. Хотя, мне трудно считать другом человека, который арестовал меня в самый лучший момент моей жизни. Даже если он действовал в соответствии с законом и инструкцией и не нарушал моих прав.
  • В этом я готов с тобой согласиться. Но я пришёл сюда ни как твой друг, и ни как твой враг.
  • И чем же я обязан твоему визиту?
  • Как ты сам думаешь?
  • Моя первая мысль была, как я уже говорил, что ты хотел увидеть, что я сломленный, потерявший надежду и желание жить «овощ». Таких тут много, хотя я не буду зря кого-то защищать.
  • Я как раз этого и боялся, что увижу не участника боевых действий, а сломленного смертника, потерявшего к жизни всякий интерес. И я очень рад, что я ошибся.
  • Не хотелось тебя разочаровывать.
  • Интересно узнать, что заставляет тебя цепляться за жизнь? Ведь тебе вынесен приговор, и обратной дороги нет.
  • Вряд ли ты мне поверишь.
  • Тем не менее, прошу ответить.
  • Я знаю, что я ни в чём не виноват. Конечно, мне это никак не поможет. Но уходить из жизни я буду честным. По крайней мере, перед самим собой. Не всякий способен сохранить свою жизнь. Но вот сохранить свою честь в силах каждый.
  • Обычно человек, обвинённый в том, чего он не совершал, от этого страдает.
  • А я и не говорил, что получаю удовольствие. Я могу погрузиться в депрессию или что-то в этом роде. Но это всё равно ничего не изменит.
  • А если бы ты узнал, что у тебя есть возможность обрести свободу?
  • Ты пришёл потравить мне душу, всё-таки? Что-то мне не нравится этот разговор. Можно, я вернусь в камеру?
  • Нет, нельзя. Я не просто так тебя пригласил. Я не хочу ни травить, ни лечить твою душу. Я хочу тебе помочь. И советую тебе меня внимательно выслушать. Не нужно сейчас проявлять гордость или самостоятельность. Кроме меня, тебе никто не поможет. Так что советую меня выслушать, просто выслушать.
  • Звучит заманчиво. Только зачем тебе это нужно? Откуда такое внимание к моей скромной персоне?
  • Я всё тебе скажу. Курить будешь?
  • А есть?
  • Конечно, - Расмуссен протянул Кристиану пачку сигарет и зажигалку, - ты вроде бы не куришь, или я ошибаюсь?
  • Я бросил. Но сейчас вдруг захотелось.
  • В таком случае, кури, сколько хочешь. Но слушай меня внимательно и не перебивай. Как только наш остров столкнулся с такой бедой, как эпидемия «камбоджийского вируса», у меня сразу же закрались кое-какие сомнения. Так ведь не бывает, чтобы люди не болели, а потом вдруг начали пачками болеть. Версия, что он был привезён из Камбоджи вообще мне показалась странной. Разный климат, разное...в общем, мы не Камбоджа. Я обратился к королю с просьбой проверить все лаборатории. Но увы, получил категорический отказ. Это понятно?
  • Вполне. А у тебя случайно пивка с собой нет?
  • Нет.
  • Жаль. Я бы сейчас выпил. Извини, пожалуйста. Продолжай.
  • Этот вирус...его использовали исключительно как биологическое оружие. Я в этом не сомневаюсь. Но все, кто принимали участие в его создании, словно канули в лету. Я сомневаюсь, что у тебя вообще достаточно знаний о вирусологии, чтобы создавать рукотворные вирусы.
  • Меня действительно учили немного другим вещам. Любой врач знает основы вирусологии, но как правило, только в пределах своей компетенции.
  • Наконец, я подхожу к главному. Цицерон когда-то спрашивал «в чьих интересах?». У меня сегодня тот же самый вопрос. Тебе не кажется, что тебя подставили?
  • Кажется. Очень даже кажется.
  • Против тебя практически нет прямых улик. В основном только свидетельские показания. Но сейчас разговор не об этом. Как ты относишься к Маркусу Олафсену?
  • Какое это имеет значение?
  • Прямое. Я ничего из простого любопытства у тебя не спрашиваю.
  • Он мой лучший друг, мы с детства знакомы.
  • А не кажется ли тебе, что это именно он тебя подставил? Перед тем, как ответить, подумай вот о чём. Он потомственный химик-фармаколог, у которого под рукой одна из лучших лабораторий не только нашего королевства, но и всего мира. В конечном итоге, именно он, а не ты, стал мужем принцессы. Подумай хорошенько, не он ли истинный создатель «камбоджийского вируса»? Не он ли на самом деле хочет стать королём, загодя истребив всю династию? Не кажется ли тебе, что он свой истинный мотив выдал за твой? И теперь может продвигать свой план дальше, без лишнего шума?
  • Я не знаю, что ответить. Не скрою, меня ранила новость о том, что Маркус теперь законный супруг Марианны. Если бы его осудили, я бы никогда не женился на девушке, которую он любит.
  • Брак не был добровольным с её стороны. Её вынудили стать его женой. Просто поставили перед фактом, не спрашивая её мнения.
  • Я это понимаю. В твоих словах что-то есть. По крайней мере, есть над чем задуматься. Хотя, я не думаю, что Маркус на подобные вещи способен. Но с другой стороны, он знал о наших с Мари чувствах друг к другу...
  • Это правда.
  • Нехорошо плохо думать о лучшем друге...но закроем на секунду глаза и представим, что ты прав. Допустим, он меня подставил, создал вирус и сейчас собирается убить всех родных Марианны...это только означает, что она в смертельной опасности!
  • Безусловно.
  • И никаких доказательств у нас всё равно нет. Только мне теперь вдвойне обиднее умирать стало. Я умру, а этот негодяй будет жить! Зря ты мне это рассказал всё.
  • Ты думаешь, я просто так решил к тебе прийти и поделиться догадками? Нет, я с другой целью здесь. Я знаю, как вытащить тебя отсюда.
  • И как же?
  • Ты сейчас возьмёшь лист бумаги и под мою диктовку напишешь на имя короля прошение о помиловании.
  • А какой в этом смысл? Решение короля окончательное! Не будет же он сам себя проверять?
  • Не будет. Я даже не сомневаюсь, что он не помилует тебя.
  • Тогда зачем мне это делать? Я никак не докажу свою невиновность этим! Напротив, подав прошение, я фактически признаю себя виновным.
  • Так и будет.
  • И зачем мне это тогда делать? Я не очень понимаю твоей логики.
  • А затем, что несмотря на кодификацию уголовного права в нашем королевстве, оно всё ещё состоит из множества старых законов, актов, указов короля, которые были изданы или приняты давным-давно, но по-прежнему имеют юридическую силу.
  • Допустим.
  • Так вот, существует королевский указ от...неважно, год его издания не играет тут большой роли. Согласно этому указу, приговорённого к смерти нельзя казнить до тех пор, пока его прошение о помиловании не рассмотрено королём.
  • То есть...
  • То есть, если ты сейчас подашь прошение, ты выиграешь как минимум несколько дней. Прошение пройдёт через канцелярию Крепости, будет официально зарегистрировано. И до тех пор, пока канцелярия не получит от короля то же самое прошение, но с пометкой «помилован», или «не помилован», ты точно будешь жить.
  • И сколько времени я так выиграю? Не думаю, что переправить бумажку отсюда до дворца займёт много времени. Ну проживу я лишний день, что это даст?
  • Далеко не день. Рассмотрение прошений о помиловании занимает далеко не первое место в списке срочных дел короля. Так что, у тебя несколько дней в запасе.
  • Ну хорошо, допустим. Время я выиграю. И что потом? Как только тут получат ответ от короля, меня шлёпнут тут же.
  • Пока король будет рассматривать прошение, я предприму кое-какие действия с своей стороны. Необходимо усыпить бдительность Маркуса.
  • И как ты это сделаешь?
  • Доверься мне. У тебя ведь нет никакого другого варианта.
  • Это правда. Хорошо, я сделаю так, как ты сказал. Диктуй, что мне писать в прошении. Я согласен. Со своей участью я смирился, но Марианна...я не хочу уходить из жизни зная, что будет жить в смертельной опасности...

 

Марианна услышала звонок, объявивший об окончании лекции по гражданскому праву, на которой она присутствовала. Это было последнее занятие в её расписании на сегодняшний день, и она покинула аудиторию и направилась к выходу из университета. Фрейлины и охрана не сопровождали её сегодня, и она решила немного погулять по городу. Она прошла мимо дворца рода Микельсен и решила набрать номер своей сестры. Однако, принцесса Анжелика была недоступна. Марианна набрала номер Ангелины Микельсен, и та ответила практически сразу.

  • Алло, Ангелина, привет! - сказала Марианна, - ты сейчас где? Мы можем встретиться?
  • Приветик! Да, я как раз домой еду.
  • Я у тебя под окнами, можно сказать. Тут на берегу есть кафешка, буду тебя ждать там, хорошо?
  • Да, добро. Я подъеду примерно через десять минут.

Ангелина остановила машину у небольшого кафе, в котором её уже ждала Марианна, потягивающая коктейль. Подруги обнялись, поцеловали друг друга в щёки.

  • Рада тебя видеть, - улыбнулась Ангелина, - давненько мы не виделись.
  • Это да, всё дела да дела, - сказала Марианна, - ты сама знаешь, о чём я говорю сейчас.
  • Да, разумеется. Если говорить откровенно, ты совсем не похожа на счастливую замужнюю женщину, которая должна светиться от счастья.
  • Это сильно заметно?
  • Да, бросается в глаза.
  • Я очень стараюсь, но...
  • Невозможно изображать счастье. Особенно это касается нас, девушек. Нас всегда глаза выдают.
  • Я не хотела бы тебе жаловаться...ты знаешь, я вообще не привыкла...
  • Я знаю. Мы с тобой столько лет знакомы, я хорошо тебя знаю, подружка. У тебя что...совсем всё плохо с мужем?
  • Мужем...мужья себя так не ведут с жёнами...
  • Что ты имеешь в виду?
  • Мне некому это даже сказать, кроме тебя...когда я была с Кристианом, я ощущала себя свободной, у меня было просто невероятное ощущение лёгкости и свободы. Я знала, что живу полной жизнью, что я живу, дышу...а теперь я чувствую себя, словно в тюрьме! Маркус очень грубо со мной разговаривает, доводит меня до слёз своими рассказами и шутками.
  • Ну может...многие мужья и жёны ругаются днём, а ночью...
  • Если бы. Он чужой мне человек, и мне просто противно с ним спать. К тому же он просто похотливый самец...Кристиан всегда был со мной очень нежен, а Маркус...он просто пользуется мной ради своего удовольствия, вот и всё. Легко может меня ударить, схватить за волосы.
  • А мне он всегда нравился...он казался очень хорошим парнем.
  • Меня это больше всего и удивляет! Моя мама восприняла Кристиана в штыки — а в Маркусе просто души не чает! Люди словно не видят в нём настоящего...нет, я, конечно, признаю в нём хорошего фармаколога. Если бы не его антибиотик, не было бы меня вообще сейчас на белом свете. Конечно, я благодарна ему. Но мне кажется, что он злоупотребляет моим чувством благодарности. Что это за помощь такая, которая обрекает на рабство?
  • Возможно, ты и права.
  • Когда у меня был Крис...я просто летела к нему словно на крыльях...а теперь мне везде пусто, и я чувствую, что мне нет места ни в доме мужа, ни в доме родительском.
  • Нет, подруга, ты совсем скисла! Так не пойдёт! Нужно обязательно поднять тебе настроение!
  • И как же?
  • Сейчас мы с тобой допьём апероль и пойдём, прогуляемся по магазинам!
  • Нет, Ангелина, я не пойду.
  • Пойдёшь, как миленькая!
  • И что вот мне покупать? Я не знаю, куда мне девать свои вещи, и когда я вообще их все буду носить.
  • Ничего, от пары-тройки новых туфель или кофточек твой гардероб не сильно увеличится. Давай, допивай апероль и пойдём.
  • Ну хорошо. Пойдём, если тебе так хочется...

 

В замок Маркуса Марианна вернулась в половине девятого. Поход по магазинам не принёс ей успокоения, но помог на какое-то время отвлечься от грустных мыслей. Она отдала пакеты с покупками встретившим её фрейлинам, после чего направилась к своей комнате. Она прошла мимо кабинета Маркуса и увидела, что дверь незаперта.

«Может, зайти и поздороваться? - спросила сама себя Марианна, - хотя нет, ещё кто-то говорит, кроме него. Ладно, пройду мимо».

Однако, Марианна замерла на месте и наклонила голову ближе, когда услышала, о чём идёт разговор. Она распознала голоса двоих людей, не считая Маркуса.

  • Ну что, давайте-ка ещё раз пройдёмся с вами по деталям, - сказал Маркус, - вы уверены, что все контейнеры надёжно защищены?
  • Абсолютно, - ответил кто-то из собеседников Маркуса, - в случае необходимости, новая эпидемия нашего вируса возникнет на острове в считанные секунды!
  • Пока я не вижу в этом необходимости, но всё-таки. Что показали последние тесты?
  • Наш антибиотик против предыдущего вируса против нового абсолютно бессилен. Если вирус попадёт в организм человека, то он не жилец. Протянет сутки, это в лучшем случае.
  • Замечательно. Я надеюсь, вы отдаёте себе отчёт в том, что будет, если Орден докопается до этого?
  • Вполне. Но Орден безоговорочно поверил в то, что это хирург всё подстроил! Главное дождаться, чтобы его уже шлёпнули.
  • Разумеется. Что у вас по представителям бизнеса и дворянам?
  • Редко кто из дворян отваживается высказывать вслух то, что думает на самом деле. Даже если они и не согласны в чём-то с королём, у них итак всё есть, и они не хотят никаких перемен. Те, кто имеют налоговые льготы, льготные кредиты и стабильно высокие доходы будут всеми силами держаться за свои привилегии. Они вполне могут даже давать деньги, чтобы всё осталось, как есть.
  • Ближе к делу, Ларс. Кроме Микельсена, меня особо никто не поддерживает.
  • Однако, твоё предложение по либерализации алкогольного и табачного рынков встретило очень хороший отклик среди предпринимателей. Конечно, у них пока не хватает смелости говорить об этом королю в глаза. Но тем не менее, среди варягов немало тех, кто более чем заинтересован в переменах. Я только не понимаю, чего ты ждёшь?
  • В каком смысле?
  • Тебе во дворце привечают. Ты можешь на правах члена семьи просто так позвонить или зайти к королю. Почему ты не избавишься от старика сразу же?
  • Есть идеи, почему до сих пор не воспользовался этой возможностью? Людвиг, ты у нас считаешься интеллектуалом.
  • Во-первых, нужно действовать точечно, - сказал Людвиг, - убирать нужно только членов королевской семьи, а не всех подряд. Во-вторых, многие дети короля живут отдельно, и нечасто бывают у родителей.
  • Верно мыслишь! - Маркус провёл ладонью по столу, - нужно как-то придумать, как собрать их всех вместе.
  • Кроме того, - предположил Ларс, - массовая гибель всех, кроме твоей жёнушки, вызовет более чем серьёзное подозрения и у всего мира, и у простых варягов.
  • Подозревать они могут всё, что сочтут нужным. Меня не волнует, что об этом подумают за рубежом. Мнение варягов мне тоже по боку: они присягнут новой королеве Марианне. К тому времени я окончательно сломлю её волю, она будет делать всё, что я скажу, не задумываясь.
  • И как же ты это сделаешь?
  • Доверься моему опыту. Она ещё совсем девчонка, которая до сих пор сохнет по Крису. Я показываю ей его полную противоположность.
  • То есть?
  • То есть, я грубо с ней обращаюсь. Напоминаю ей о том, как Кристиан мучается, и что скоро он подохнет.
  • И как это поможет тебе сломить её волю? Ты её так скорее до психушки доведёшь.
  • Не делай поспешных выводов. Как только он сдохнет, она будет страшно горевать, мучиться. И тогда я совершенно переменюсь. Я стану идеальным мужем, самым внимательным и заботливым. Девчачья психология так устроена, что они покоряются брутальным и сильным мужчинам. Но гораздо охотнее они становятся рабынями внимательных и заботливых мужчин. Они сами не замечают, что в скором времени сами предлагают таким мужчинам то, чего брутальные от них требуют, к чему их принуждают.
  • Предположим. Но...
  • Предоставьте принцессу мне. Ни она, ни королевская семья сейчас не представляют для нас угрозу. Нашему плану могут помешать рыцари. Если простолюдины просто поплачут и присягнут новой королеве, то вот рыцари будут первыми, кто что-нибудь заподозрит.
  • Рыцари действительно не спят. Они вплотную подошли к нам. Если бы они не нашли контейнеры у Кристиана, они бы уже могли сейчас нас всех раскрыть.
  • Вот, правильно говоришь. Поэтому, я сейчас работаю над тем, чтобы постараться перетянуть Великого магистра на нашу сторону. Задача трудная, и я отдаю себе в этом отчёт. Рыцари ведь тоже имеют преференции, и тоже не заинтересованы в том, чтобы у них их отнимали. Ведь они не только получают деньги от государства на осуществление правоохранительной и контрразведывательной деятельности, но ещё и имеют земли, льготные кредиты, льготы по налогам, как и дворяне.
  • А что нам мешает его убить? Или подкупить?
  • Не говори глупостей. Подкупать его...да это вздор! Мы не сможем ничего ему предложить из того, чего у него нет. Пока я муж принцессы, а не принц-супруг королевы, мне нечего ему предложить.
  • А если его убрать?
  • На его место придёт другой. Мы поблагодарим Бога, если этот другой будет сговорчивым. А если нет? На место Расмуссена может прийти такой же ревнитель традиций и служака. Мы замучаемся так убивать магистров.
  • Но что же тогда...как ты его привлечёшь на нашу сторону?
  • Я работаю над этим. Рыцари должны получить от меня гарантии того, что они останутся при своих землях и привилегиях. Нужно постараться убедить магистра в том, что король ведёт королевство не по верному пути. И на этой почве, постараться убедить магистра в необходимости поддержания перемен. В конечном итоге, я радею не только за себя, но и за интересы государства и варягов! Преференции развращают богатых, а социальные гарантии развращают простолюдинов! Варягов нужно держать в ежовых рукавицах, чтобы мы сохранили дух предков! Если бы король сам понимал, что творит, и пытался это исправить, я бы, может, вообще бы сидел ровно и не пытался бы исправлять то, что итак хорошо. Ну ладно, скоро уже вернётся моя благоверная. Сегодня у меня по плану ещё разок довести её до истерики. Чтобы опять всю ночь проревела в подушку. Скажу ей, что через три дня Кристиана казнят.

Марианна, спохватившись, немедленно отбежала от двери кабинета. Забежав в свою комнату, она закрыла дверь, схватившись за голову.

«Господи...Боже мой, - подумала она, - как же...как...это просто...нет...это просто невозможно...это уму непостижимо...выходит, что это Маркус...это он создал вирус...это он чуть было меня не убил...а потом выступил моим спасителем! Боже мой...это он оговорили Криса...нет, я не могу...поверить не могу...как он мог так поступить? Крис ведь был его другом...лучшим другом, они вместе воевали, знакомы с детства! Я знала...знала, что Крис ни при чём...Выходит, это Маркус...всё заранее подстроил! Всё сходится! Он обязал меня быть ему благодарной...он женат на мне...и он хочет убить всех моих родных! Всё правильно: я останусь единственной наследницей престола, меня коронуют...а он будет править от моего имени, пока я буду оплакивать дорогих мне людей...Что же мне теперь делать? Маркус пока не знает, что я знаю правду...главное сейчас себя не выдать!».

Марианна посмотрела на себя в зеркале. Её лицо было бледным, от волнения у неё дрожали губы и руки.

«Спокойно, Мари, - говорила сама себе принцесса, - постарайся успокоиться...глубокий вдох...ещё один...этот негодяй не должен ни о чём догадаться! Ты теперь всё знаешь...Ты сможешь найти способ предупредить об этом отца. Но поверит ли он? Нужно всё продумать...а сейчас надо отвлечь Маркуса...И кажется, я знаю способ».

Марианна сняла джинсы и рубашку, затем подошла к шкафу и отодвинула в сторону дверцу. Она отбросила в сторону некоторые свои вещи, после чего обнаружила нужную ей коробку розового цвета. В ней хранился комплект нижнего белья, в котором Марианна собиралась встретить Кристиана в их спальне перед первой брачной ночью.

«Прости меня, Крис, - подумала Марианна, - я делаю это ради тебя...ради нас и нашей любви. Что теперь? Ждать, пока он придёт? Да он с большей вероятностью пойдёт сейчас к какой-нибудь шлюхе! Хотя нет...он же сказал, что у него на меня сегодня планы. Скоро ужин...а значит, этот подлец снова будет говорить мне гадости, пить, а затем обязательно доведёт меня до слёз...В таком случае, надо действовать на опережение. Нужно сорвать ему его планы. По крайней мере, на сегодня. Он ведь уверен, что я ничего не знаю. И уверен, что он мне противен...хотя это так и есть. Значит, он хочет сломить мою волю...у него, надо признать, получалось причинять мне невыносимую боль. Гад ползучий! Ну посмотрим, как он отреагирует на другое моё поведение».

Спустя несколько минут Марианна вышла из кабинета и направилась в столовый зал. Слуги уже сервировали стол. При появлении Маркуса Марианна лучезарно улыбнулась, встала из-за стола и подошла к мужу. Марианна доверилась интуиции, обвила руками шею Маркуса и поцеловала его в губы. Маркус прижал её к себе, продолжая с напором целовать принцессу.

  • Я скучала по тебе, милый, - сказала Марианна с нежностью в голосе, - как прошёл твой день?
  • В работе, - ответил Маркус, - а что это ты такая радостная? Обычно ходишь, мрачнее тучи.
  • Это всё было в прошлом. Я хочу жить полной жизнью и перестать позволять призракам прошлого меня мучить.
  • О как!
  • Милый...а ты сильно сейчас голоден?
  • С какой целью интересуешься?
  • Если ты голоден...то садись за стол, поешь, выпей. Я буду тебя ждать в спальне. Обещаю, что ты не будешь разочарован.
  • Интригует. Вот что — я лучше пойду пока приму душ. Расхотелось мне что-то ужинать.

Зайдя после душа в спальню, Маркус увидел Марианну, лежащую на кровати в эротическом белье. Её губы призывно приоткрылись, она томно посмотрела на Маркуса, обнажила грудь и поманила его пальчиком. Закрыв дверь, Маркус набросился на свою супругу, словно дикий зверь...